В процессе взаимоотношений с терапевтом пациент получает возможность увидеть,  как он воспринимает окружающих и как на них реагирует, понять природу своих отношений с другими людьми и свои типичные болезненные способы решения возникающих проблем.

Аналитическая терапия включает в себя эмоциональную разрядку (катарсис), но не сводится только к нему. В результате разрядки  облегчение может оказаться временным и не приводить к разрешению глубинных тревог. 

В терапии пациент скорее сможет "прожить иначе" свой прошлый травматический опыт, иначе он будет влиять на любые новые способы поведения. Черты характера и стереотипы поведения, формировавшиеся всю жизнь, не изменить одними лишь указаниями  на ошибочные моменты  жизни, советами или директивами, как и что человеку следует делать и чувствовать. Терапия здесь представляет скорее    отношения, в рамках которых развиваются оба участника процесса. Это тихий диалог двоих, и отрезок жизни, который они проходят вместе, стараясь понимать и прочувствовать каждый шаг. Один человек приходит к другому, и оба открыты друг для друга и взаимно восприимчивы настолько, насколько это возможно на текущем этапе.     

Терапия - это процесс, который одинаково затрагивает как развитие пациента, так и профессиональное становление самого терапевта. Для терапевта лечебный  фундамент складывается из его собственного опыта обучения, клинического опыта работы с пациентами и базовых приобретённых навыков, что позволяет избавится от привычных клише научных и клинических теорий при взгляде на проблему пациента.    Аналитическая терапия призвана создать для пациента пространство, в котором он начинает «понимать» свои трудности. Во взаимоотношения с терапевтом для  пациента появляется  возможность увидеть, как он воспринимает окружающих, и как на них реагирует, понять природу своих отношений с другими людьми и свои типичные болезненные способы решения возникающих проблем. Терапия помогает осознать свой внутренний мир и взглянуть на собственные проблемы с определенной долей объективности. Это — активный процесс, в котором пациент и терапевт вместе рассматривают представления пациента, их проявления как в его жизни, так и в ходе встреч-сессий. Постепенно пациент все лучше понимает особенности собственной личности и внутреннего мира. В лечении  большое, если не решающее значение имеет регулярность встреч с терапевтом, как человеком, искренне заинтересованным в том, чтобы понять пациента. В рамках такого сеттинга довольно быстро возникают ситуации, которые отражают особенности восприятия, а также характерные модели  взаимоотношений пациента с окружающими. Терапевт, поддерживая пациента, не противоречит ему, воздерживается от советов и наблюдает за взаимоотношениями «пациент–терапевт»,  комментируя происходящее.     

Начиная терапию, пациент приобретает для себя место, время и активного соучастника процесса познания себя. Он «уходит» от «навешивания» ярлыков, погружаясь в свой внутренний мир со всеми страхами и желаниями. Безопасность является важным условием для того, чтобы подступиться к источникам своих побуждений и тревог. В этой связи желательно придерживаться основных правил проведения сессий. Они, в частности, предполагают четкое соблюдение временных рамок, пропуск сеансов только по очень уважительным причинам, сохранение одного и того же места во время сеансов. Речь идет не об обычном соглашении терапевта и пациента, в соответствии с которым терапевт может позволить себе опоздать, отменить визит и т.д. Сессии должны быть организованы так, чтобы предоставить пациенту защищенное время для исследования, в течение которого он начинает постепенно понимать себя. Если сеансы происходят от случая к случаю, то невозможно создать безопасные условия, а следовательно, во время их проведения у пациента нет шансов выдержать внутреннюю боль. Постоянное окружение позволяет достичь большей объективности и наблюдать различные изменения (например, опоздания, пропуск сеансов, продление их времени), увязывая их с содержанием сеансов и поведением обоих участников терапевтического процесса. Кроме того, такие условия позволяют наблюдать именно за внутренним состоянием или изменениями, максимально нивелируя внешние влияния. В ходе терапии пациент старается понять и принять себя таким, какой он есть, и учится жить в ладу с самим собой, реально смотря на свою жизнь. В терапии вместо того, чтобы пытаться объяснять пациенту, как ему организовать свою жизнь, терапевт стремится не давать  рекомендаций. В то же время важно, чтобы интерпретации были не туманными и бесцельными, а способствовали пониманию поведения пациента, даже если пациент молчит! Пациент говорит на сессии всё, что приходит ему на ум, и роль терапевта заключается в том, чтобы поддержать его и помочьсвободно ассоциировать. Совместное детальное изучение всплывающих на поверхность мыслей и внимательное отношение к скрытому и символическому значению того, о чем говорит пациент, даёт возможность лучше понять его текущее состояние, историю его жизни и взаимоотношений. Почему  затронута именно эта тема? Каковы здесь ожидания? Какова реакция на слова терапевта? Можно ли сказать, что отношения пациента с терапевтом строятся по четкому образцу, или что пациент навязывает ему определенную роль? Если да, то что это за роль и как себя в этой связи чувствует терапевт?     

Вся словесная информация столь же важна, как и динамика взаимодействия на сессии и в терапии в целом и используется для углубления понимания. Важными являются, например, опоздания, пропуски сеансов и т.д. Что пытается сообщить пациент, действуя таким образом? Если процесс выглядит бесцельным или развивается в неопределенном направлении, то о чем, собственно, идет речь? Относительно быстро у терапевта складывается представление о страхах и фрустрациях, с которыми сталкивается пациент. Цель терапевта — выслушать, понять, дать обратную связь пациенту. При этом важно не "фиксировать" пациента, подавляя его волю и подчиняя его авторитету терапевта, а поддерживать у пациента оптимальный уровень осознания и понимания себя.       

Для того чтобы по-настоящему понять другого человека, как интеллектуально, так и эмоционально, необходимо порой немалое время. Во многих взаимоотношениях, например в браке, для этого может понадобиться вся жизнь, а зачастую такого понимания вообще не удается достичь. Трудности в понимании другого человека лишь отражают нашу степень ограниченности во взаимоотношениях. Динамика взаимоотношений - то, посредством чего люди устанавливают друг с другом связи и достигают взаимопонимания, часто остаётся неосознаваемой. 

Здесь могут помочь интерпретации, связывающие  сознательные и бессознательные аспекты событий, действий или высказываний. Интерпретации способствуют расширению представлений пациента о самом себе и  мире, и вовлекают его в работу. Сохранять расширенное представление о себе и о пациенте терапевту помогают теоретические знания, супервизии и опыт личной терапии. Теория необходима психотерапевту для того, чтобы сдерживать, «контейнировать» эмоции, вызываемые пациентом,  адекватно и обдуманно реагировать на его сознательные и бессознательные желания. Чем лучше терапевт сможет осмыслить проблемы, переживаемые пациентом во всех их проявлениях, тем больше пользы сможет принести.     

Так постепенно происходят глубинные изменения в человеке. Но, как правило, пациенты хотят чего-то более скорого и определённого, например лучшего самочувствия или устранения навязчивого стремления к саморазрушительному поведению. Пациент может стремиться к тому, чтобы окружающие его люди лучше относились к нему и давали ему то, чего он, по его собственному мнению, заслуживает. Это весьма распространенный тип отношения к миру. Понимая страх пациента и его раздражение, толерантно относясь к подобным чувствам в условиях  и рамках сессий, терапевт может помогать и поддерживать его. Но изменения не наступают в один день, поэтому основой взаимоотношений выступает доверие, помогающее пройти через этот нелегкий процесс.       

В качестве иллюстрации представим себе пациента, который раздражен, поскольку постоянно чувствует, что окружающие не уважают его, хотя он заслуживает уважения или нуждается в нём. Многим из нас иногда приходилось чувствовать нечто подобное. Часто без всяких причин пациент может прийти к убеждению, что в ходе лечения его желания должны восприниматься как обоснованные. Однако как бы терапевт ни пытался поддержать его и дать ему возможность почувствовать себя лучше, он вряд ли преуспеет в этом. Совершенно очевидно, что терапевт не сможет удовлетворить (тем более за других людей) это стремление к уважению. Но терапия может дать нечто большее! –выявить истинную потребность, стоящую за желаниями, и то, что пациенту нужно было что-то другое Итогом работы будет понимание пациентом, эмоционально и интеллектуально, как можно жить без этой постоянной опоры на окружение, достигая более реального, внутреннего уважения к себе.